Ирхин А. Украина в логике формирования «Больших пространств» новой системы международных отношений (часть 1)

  Официальным, не снятым с повестки дня до настоящего времени,  внешнеполитическим приоритетом Украины является «евроинтеграционный выбор украинской элиты». Украина, зажатая между двумя Большими пространствами – России и ЕС, пока имеет возможность для внешнеполитических маневров между ними. При этом, в системе анализа интеграционных проектов Большого европейского и Большого евразийского пространства необходимо учитывать, что современный Европейский союз – это по большей части геоэкономический проект, где в качестве центра выступает Прирейнская зона (центральная и южная Англия, Бенилюкс, центральная и восточная Франция, западная Германия, Швейцария и южная Италия), в роли полупериферии – остальные государства Западной и Центральной Европы, а место периферии занимают страны Восточной Европы и Средиземноморья.  Кроме того, ЕС для Украины это не только источник внешнеполитических приоритетов, но и угроз.  При этом страны, находящиеся на периферии – Прибалтика, Польша, Румыния, Болгария, Венгрия могут использовать   ресурсы и механизмы общего европейского пространства для реализации своих национальных интересов, которые могут противоречить интересам Киева. Наглядный пример – территориальный спор между Киевом и Бухарестом в отношении Черноморского шельфа.          


Геополитический метод делает производным также следующее заключение – существование современной, даже ослабленной по сравнению с советским потенциалом России, это гарантия территориальной целостности Украины от претензий Польши, Румынии и Венгрии. Ведь, в сущности, Украина в системе Большой России решила для себя главные геополитические задачи: обеспечила выход к Черному морю и воссоединила западноукраинские земли с основной территорией государства. Преимущества интеграции Украины в Большое европейское пространство может быть представлено следующими факторами.


Во-первых, европейский проект сам по себе является привлекательным и передовым в пространстве развития конкурентоспособной экономики и идей в сфере смыслов, то есть, иными словами европейцы могут объяснить, для чего они существуют и  подтвердить это  в материальной плоскости.   


Во-вторых, реализация европейского направления связей и интеграции позволяет присоединиться к развитому в социальном плане проекту, обеспечивающему высокий  уровень жизни. Однако в условиях глобального экономического кризиса данные факторы привлекательности будут нивелироваться. 


 Для определения дальнейшего внешнеполитического и интеграционного курса украинской элиты необходимо исследовать её мотивацию и показать связь с экономическими (олигархическими) интересами.


 Украинский исследователь И.Ломко выделила связь между украинскими финансово-промышленными группами (ФПГ), политическими партиями и другими интересами, которые формируют внешнеполитический курс государства. Она отмечает, что в современной Украине действуют  6 ФПГ, влияющих на проведение внутренней и внешней политики, как на государственном, так и на региональном уровне. При этом под ФПГ понимается совокупность юридических лиц (промышленные предприятия, банки, торговые фирмы, страховые, инвестиционные и прочие кампании), действующих как основное и дочерние общества, либо объединивших свои активы в целях технологической или экономической интеграции, гарантированного доступа к финансово-кредитным и материально-техническим ресурсам, а также наиболее надёжного и прибыльного размещения капитала. Отечественные группы классифицируются по территориально-политическому признаку, что подчёркивает тесную связь региональных бизнес-ассоциаций с каналами политического лоббирования. Они имеют склонность к ситуативным альянсам, но вместе с тем, стремятся к политической стабильности и равновесию сил: им необходим хороший торговый климат с Россией и хорошие внешние показатели (рейтинги) как залог успешного продвижения на международный фондовый и кредитный рынки. К украинским ФПГ относятся: Днепропетровская, Киевская, Харьковская, Донецкая, Львовская, Крымская и Крымско-татарская.


ФПГ тесно связаны с политическими элитами, представляющими различные внешнеполитические векторы: западный, восточный, многовекторности (активного нейтралитета), и в отличие от партий восточной и западной внешнеполитической ориентации, предпочитающих сотрудничать с отдельными бизнесменами, партии многовекторной направленности, строят отношения с финансово-промышленными группами.


Партия регионов Украины опирается на Донецкую ФПГ, которую составляют несколько групп, конкурирующих и враждующих на региональном уровне, но достаточно единых в своих действиях во внешнеполитическом аспекте, выступая за многовектороность внешней политики Украины.  Мотивация такой позиции связана с тем, что основные ресурсы и рынки сбыта для данной ФПГ находятся как в России, так и в ЕС.


После прихода к власти пророссийского, как его характеризуют большинство западных экспертов, президента Украины В.Януковича экономические интеграционные процессы на постсоветском пространстве получили новый импульс. Хотя, в настоящее время логика присоединения к Таможенному союзу России – Белоруссии –  Казахстана отбрасывается командой В. Януковича в пользу создания зоны свободной торговли с ЕС, в евразийском направлении происходят процессы, которые укладываются в логику «малых дел» школы функционализма.


 При этом необходимо отметить, что предыдущий президент Украины                         В.Ющенко, пытаясь включить Украину в интеграционные западные проекты, при помощи СМИ широко обсуждал возможные предстоящие шаги и высказывал желания по ускорению вхождения Украины в НАТО и ЕС.  Однако при всем желании прозападной политической элиты Украины подобная вербальная интеграционная активность не получила продолжения в практической плоскости.


 Напротив команда В.Януковича практически не выносит на широкое обсуждение свои намерения по сближению с РФ в рамках двусторонних отношений, а руководствуется логикой быстрых дел. В то же время, эти действия были направлены на выравнивание балансов между западным и восточным векторами, которые были существенно нарушены предыдущей президентской администрацией В.Ющенко.


  Логика данных исторических и политических событий имеет, как внутренние, так и внешние объяснения.


  Внешним фундаментальным условием интеграционного процесса является готовность ядра интеграции к расширению и принятию объекта интеграции. По всей видимости, ни Европа, ни НАТО не были готовы принять Украину в ее современном формате развития. Реформы, которые необходимо было провести для интеграции в западные проекты, воспринимались, как угроза для положения национальной элиты и, следовательно, срабатывали механизмы самосохранения и логика, что Запад должен интегрировать Украину в современном нереформированном состоянии. Очевидно, что расчет делался на геополитическую логику Запада по необходимости вытеснения России на северо-восток  Евразии, что должно было замедлить процессы восстановления Москвы как силового центра политики и ядра притяжения для реинтеграции постсоветского пространства.


  В этом контексте Россия как центр интеграции готова принять Украину, о чем свидетельствуют, как историческая и цивилизационная общность, так и современные военно-политические, экономические и культурные проекты.    


Украина, Беларусь, Россия и Казахстан составляют интеграционное ядро постсоветского пространства.


При этом исторический опыт показывает, что интеграция и кластеризация регионального экономического и военно-политического блока Евразии возможна как в условиях полупериферии экономики, так и при изменении этого состояния в пользу формирования самодостаточной экономической модели. 


Преимущества интеграции Украины в Евразийский союз могут быть обоснованы исходя из следующих факторов.


Во-первых, Украина имеет долговременный исторический опыт интеграции с Россией. Оценивая его с различных точек зрения, необходимо отметить, что сам факт современного существования украинского государства по территории сопоставимого с французским, а этноса по численности крупнейшего из восточнославянских народов,  является объективным положительным индикатором совместного интеграционного проекта в составе России и Украины.


Во-вторых, Украина в системе Большой России получала привилегированное положение исходя из своего географического положения и более мягкого климата, поэтому здесь размещались сборочные цеха, наукоемкие производства и сельскохозяйственные ресурсы, которые были инкорпорированы в общеимперскую систему экономических связей, находя потребителя в рамках обширного рынка. Такое положение связано с реализацией восточных имперских традиций.


В-третьих, украинская культура является восточнославянской, родственной российской, однако отличающейся своим колоритом и звучанием. Она находила основного потребителя не на Западе, а на Востоке Евразии.


В-четвертых, последний в хронологическом аспекте этап интеграции Евразийского пространства позволил создать на его территории самодостаточную в военно-политическом, экономическом и социальном плане систему. Украина в составе советской экономической системы производила почти четверть ВВП СССР, обладала развитым научно-технологическим комплексом, и достаточно автономным культурным положением. Независимое украинское государство, равно как и другие республики, бывшего СССР, включая Россию, существуют на  инерции его распада, однако ресурсы, которые были заложены прочной советской системой, в настоящее время, находятся на стадии исчерпания. Новый рывок в развитии может быть достигнут при регионализации и расширении человеческих и общественных возможностей, выходящих за рамки национальных государств и глобализационного проекта, вошедшего в длительную стадию кризиса.


  Моделирование на краткосрочную и среднесрочную перспективу позволяет вывести три сценария, при которых будет развиваться система международных связей между Украиной, Европой и Россией.

4 комментария

avatar

Вряд ли на наших глазах произойдет интеграция Украины по той или иной модели. Так называемая «многовекторная политика» — лишь прикрытие неспособности, да и невозможности выдерживать определенную линию во внешней политике. К тому же, точно подмечено автором, что ни Европа, ни НАТО «не готовы принять Украину в ее современном формате развития». Для чего подобным интеграционным проектам  якорь…

avatar

    В сфере внешнеполитической стратегии, Украина для России и Европы не вопрос «якоря», а проблема стратегии.  Логика политики ЕС — экспансия без расширения. В силу того, что европейский проект сам находится в кризисе. Поэтому, евроинтеграция Украины была априори невозможна даже пять лет назад. Сейчас это даже в теории было бы настоящим кошмаром для Франции и Германии. Для России Украина — это критическая масса для воссоздания своего Большого пространства, а для Европы баласт. Хотя безусловно, что современная Россия далеко не идеал, как интеграционный центр.

avatar

Тогда, если Европейский союз находится в кризисе, следует ли выделять процесс евроинтеграции Украины как реально существующий прект? Пока Украина достигнет того уровня, при котором будет возможно целесообразное и взаимовыгодное сотрудничество с ЕС,  это уже будет уже не актуально, так как Союз либо совсем увязнет в кризисе, либо и вовсе не будет иметь свою силу. 

avatar

Поставьте себя на место постсовестких  элит. Не только украинской. Они потерпели поражение в «холодной войне», оплачивают это поражение местом в мировом разделении труда и посредством финансовых технологий постоянно (ежегодно) выкачивают до четверти бюджета на Запад. При этом, туземному населению нужно же как-то объяснять во имя чего это делается. 

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.