Украина в современных геополитических измерениях (Часть 2)

      Однако у украинского раскола есть свои специфические особенности. Так, Ю.Н.Пахомов отмечает, что характерной особенностью (удивительной для обездоленной страны) украинского раскола, явно проявившегося в 2004 г., состояло в том, что за пределами первого тура  (где были и основательно обессилившие левые) не было традиционного противостояния по линии «богатые — бедные». Основной причиной такого положения дел является девальвация и обесценивание левой идеи советского образца.  Задержка с появлением новой левой идеи в Украине связана напрямую с продажностью нашей демократии, со скупкой голосов и приходом не только во власть, но и в политику в основном самых богатых, – за счет банальной скупки электоральных голосов. Ведь у нас в парламенте 300 миллионеров  – это в самой бедной стране! Это привело к отсечению от Верховной Рады других слоев общества, в том числе интеллигенции. Возникшая пустота социальной идеологии была заполнена, условно говоря, «этно-социо-регионализмом» [12, т.3, кн.2,  с. 572, 573].      В этом контексте будет справедлив вывод о том, что украинские политические элиты эксплуатируют достаточно высокий образовательный уровень населения страны, выдвигая в своих программах не социальные (самые необходимые потребности человека в пирамиде Маслоу), а идейные этно-религиозные факторы электорального поля, «удешевляя» тем самым свои социальные обязательства.   


При определении уровня субъектности Украины целесообразно обратиться к методологии З. Бжезинского, который разделяет государства на две категории – геостратегические действующие лица и геополитические центры. Геостратегическими действующими лицами являются государства, которые обладают способностью и национальной волей осуществлять власть или оказывать влияние за пределами собственных границ, с тем, чтобы изменить – до степени, когда это отражается на интересах Америки, – существующее геополитическое положение. В тоже время другая категория – геополитические центры – это государства, чье значение вытекает не из силы и мотивации, а скорее из их важного положения и последствий их потенциальной уязвимости   для действий со стороны геостратегических действующих лиц [13, с. 55].  Исходя из приведенной схемы, Украина является геополитическим центром, то есть государством с низким уровнем субъектности.  Все попытки сделать государство региональным лидером обречены на провал, вследствие необеспеченности адекватными ресурсами данной политики.


     В определении уровня субъектности Украины при вхождении в европейский или евразийский интеграционные проекты необходимо учитывать  ретроспективный анализ политики, которую проводили Запад и Восток в отношении украинских земель. В этом плане необходимо отметить, что, несмотря на масштабную мистификацию последних двадцати лет совместного российско-украинского прошлого, западные ассимиляционные  подходы в отношении украинских земель исключали какую-либо форму компромисса по сохранению украинского языка, культуры и даже религии. Создавались социально-политические условия, при которых украинцы должны были стать поляками, венграми или чехами или упасть на социальное дно без украинского будущего для своих детей. Россия же проводила более толерантную политику, что связано с реализацией восточных имперских традиций [14]. Еще одной производной указанной модели взаимодействия Украины и Большого европейского пространства является тот факт, что, как правило, та часть элиты Украины, которая пытается заручиться поддержкой Большой Европы в антиевразийских устремлениях, платит за реализацию своих интересов территорией государства. В этом плане прослеживается тенденция «неравнозначного обмена», так как государственное пространство является одной из высших ценностей системы народов, ведущих оседлый образ жизни (исключение могут составлять цыгане, хотя понятие пространства и территории для них тоже существует, но в других, клановых категориях). Последним историческим примером является прецедент с Румынией в 2009 г. В этом контексте украинское пространство является объектом исторических и политических претензий Румынии, Венгрии и Польши, которые активно разрабатывают и реализуют программы по отторжению своих «национальных», как им представляется, пространств, используя ресурсы ЕС.


Используя цивилизационный подход украинские исследователи Е.Сулима и М.Шепелев, в этом контексте отмечают, что каждое государство характеризуется моноцивилизационной или полицивилизационной идентичностью в зависимости от того опирается ли она на одну или несколько цивилизационных традиций либо формируется, как пограничное пространство определенной цивилизационной системы. Цивилизационную идентичность Украины можно охарактеризовать, как осознанную принадлежность к континентальному типу цивилизаций, а формирование её государственности происходило на основе православной цивилизационной традиции с учетом современного цивилизационного раскола страны. Современный внешнеполитический курс, напротив, направленный на вовлечение Украины в иноцивилизационные политические, военные и экономические структуры, что в свою очередь закрепляет ее место в качестве периферии, усиливая тем самым процессы её маргинализации [15, с. 487]. 


    Таким образом, геополитические характеристики Украины можно свести к следующему.


    Во-первых, государство в цивилизационном и геополитическом аспекте  является разделенным. Линия разлома делит геополитическое пространство страны как минимум на две части. При более дробном рассмотрении украинское пространство дает большее количество регионов, имеющих тенденции к большей автономизации и историческое обоснование данных процессов, отсюда следуют попытки обсуждения проблемы федерализации Украины.


   Во-вторых, за исключением узкой прибрежной полосы Крыма, по климатическим признакам рассматриваемая территория относится к евразийскому пространству.


   В-третьих, государство является объектом геостратегических процессов. Попытки придать государству роль субъекта обречены на внешнеполитический популизм, вследствие недостатка всех видов ресурсов и психологии элиты. Поэтому Украина вынуждена встраиваться в ряд чужих проектов, пытаясь сохранить как можно большее пространство для политического маневра и получить как можно больше экономических выгод от каждого из субъектов.    


   В-четвертых, в системе координат реалистической внешнеполитической стратегии данные характеристики пространства ставят выбор между интеграционными моделями, которые поддерживают и повышают уровень геополитической субъектности и проектами, которые продолжают его снижать. Гипотетический вариант европейской интеграции предполагает место в периферии данного пространства (пространственной, интеллектуальной, экономической и политической). Как показывает исторический и геополитический опыт, евразийская интеграция дает возможность попасть в ядро формирующегося Большого евразийского пространства.


    В-пятых, проблема евразийского вектора интеграции Украины состоит в низком уровне экономической и геополитической субъектности интеграционного центра – современной России. Ее элита расколота, за редким исключением полностью интегрирована в западный мир и оторвана от аборигенного, местного населения, находясь в системе координат ограниченного развития, созданной западным миром исключительно под себя и свое мировосприятие. Элиты периферии и полупериферии в данной системе координат оторваны от населения и ориентируются на внешние центры управления и не выполняют свои функции.     


 


 


Список литературы


 


  1. Юрченко С.В. Основные тенденции развития системы международных отношений и проблема актуализации общественного воздействия на внешнюю политику государств //Чорноморська безпека. — № 4 (10). – 2008. – С.3-5.
  2. Huntigton.  S. Who Are We? The Challenges to America's National Identity/ Samuel P. Huntington — New York.: “Simon & Schuster”, 2004 — 428 p.
  3.  Україна в 2010 році: щорічні оцінки суспільно-політичного та соціально-економічного розвитку: монографія / за ред. А. В. Єрмолаєв. – К.: НІСД, 2010.
  4.   Никифоров А. Р. Геополитический смысл Украины / А. Р. Никифоров // Русский геополитический сборник. —  2000. —№4. — С. 75-90.
  5.  Цивилизационная структура современного мира: [в 3 т.] / под редакцией Ю. Н. Пахомова, Ю. В. Павленко [и др.]. – Киев: Видавництво «Наукова думка» НАН України, 2007. – 691 с.
  6.   Хантингтон С. Столкновение цивилизаций / Хантингтон С. – М.: ООО Издательство АСТ, 2003. – 603 с.
  7.   Цивилизационная структура современного мира: [в 3 т.] / под редакцией Ю. Н. Пахомова, Ю. В. Павленко [и др.]. – Киев: Видавництво «Наукова думка» НАН України, 2007. – 691 с.
  8.   Там же.
  9.  Трубецкой Н. Наследие Чингисхана / Трубецкой Н. – М.: Эксмо, 2007. – 736 с.
  10.  Юрченко С.В. Внешняя политика Украины очень нуждается в паузе [электронный ресурс] /  С. В. Юрченко. – Режим доступа: http://www.bigyalta.com.ua/story/211.
  11.  Хантингтон С. Столкновение цивилизаций / Хантингтон С. – М.: ООО Издательство АСТ, 2003. – 603 с.
  12.  Цивилизационная структура современного мира: [в 3 т.] / под редакцией Ю. Н. Пахомова, Ю. В. Павленко [и др.]. – Киев: Видавництво «Наукова думка» НАН України, 2007. – 691 с.
  13.  Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы / Збигнев Бжезинский. – М.: «Международные отношения», 1999. – 256 с.
  14.   Ирхин А. А. Геополитические циклы Евразии и национальные интересы Украины / Ирхин А. А. – Севастополь: Ребест, 2011. – 293 с.
  15.  Суліма Є.М., М. А.  Шепєлєв.  Глобалістика: підручник / Є. М. Суліма, М.А. Шепєлєв. – К.: Вища освіта, 2010. – 544 с. 

4 комментария

avatar

А третья часть будет? :)

avatar

Андрей Ростиславович, а надо? )

avatar

Надо, Саша, надо… Можно через какой-то временной интервал...

avatar

Сделаем профессор ).


 

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.