А. Ирхин. Модернизация и интеграция постсоветского пространства

   Проблемы модернизации станут главным вопросом развития постсоветских обществ на ближайшее поколение. Проблемы интеграции пространства, таким образом, связаны еще и с вопросом о том, сможет ли Россия предложить модернизационный проект для государств постсоветского пространства, который был бы воспринят ими. Интересным в научно-практическом понимании моментом являются проблемы, которые могли бы быть представлены, как тождественные для модернизационного и интеграционного развития. Для их выявления целесообразно обратиться к историческим аналогиям предыдущих этапов модернизации России и соседних пространств в её имперский и советский периоды. 


   В начале ХХ века перед Россией, требующей модернизации, стояли две ключевые проблемы:


1) социальная: противоречия между интересами социальных верхов, с одной стороны, модернизированных групп населения (начиная от профессиональной интеллигенции и заканчивая квалифицированным пролетариатом), с другой стороны, и крестьянским большинством страны – с третьей (эти противоречия носили именно трехсторонний характер, что придавало им дополнительную сложность);


2) национальная: противоречия между русской культурной основой сформированных моделей социализации (российская модернизация, как и все успешные европейские модернизации Нового времени, имела выраженную национальную основу) и интересами крупных и многочисленных периферийных регионов империи, некоторые из которых (Финляндия, Польша) имели собственные национальные модели модернизации, другие же (Центральная Азия, Закавказье) не имели таковых вовсе; однако и те, и другие решительно противодействовали ассимиляции, которая была равнозначна модернизации в условиях Российской Империи последних десятилетий её существования.


   Механизмы модернизации царской России сводились к осознанной реализации трех проектов.


   Первый проект – монархический, заключался в модернизации в рамках традиционного общества. Его сторонники в лице монарха и монархических кругов пытались провести модернизацию, не ломая консервативной сословной системы. Однако представляется, что элементы российского общества переросли данный проект к моменту его реализации. Кроме того, и буржуазию, и крестьянство, и рабочих не устраивал тот факт, что бремя модернизации ложилось основным грузом именно на них, не трогая  потребительских возможностей высшего сословия. 


Второй, кадетский, либеральный проект. Он предполагал модернизацию через рыночную экономику и европеизацию. Этот проект провалился.


Третий большевистский проект, который в кратчайшие сроки путем революционной модернизации, через мобилизацию ресурсов, втащил российское пространство в середину ХХ в. 


Разрешать названные противоречия модернизационного процесса довелось уже большевикам, причем в разрешении первого противоречия они были куда более успешны, чем в разрешении второго. Руководители СССР, в значительной мере, продолжили модернизационную траекторию царской России. Они привнесли в опыт отечественной модернизации такие черты, как массированная индустриализация, урбанизация, система всеобщего социального обеспечения, всеобщего образования, развития научного знания, массовая идеология и массовая партия (как основа управления, социальной мобильности и социального контроля). В целом, советское общество было оригинальной версией развитого общества модерна, что вполне признавалось добросовестной частью его идеологических и геополитических оппонентов, в частности, авторами теории конвергенции Дж.Гэлбрейтом, Р.Ароном и др., прогнозировавшими (а отчасти констатировавшими) сближение двух самостоятельных версий современного индустриального общества – советско-социалистической и западно-капиталистической.


Политэкономический анализ развития постсоветских экономик позволяет сделать вывод о реализации после дезинтеграции СССР модели, о которой вначале 1980-х гг., писала М.Тэтчер.  Рост экономики является следствием не мобилизации внутренних ресурсов, а производной внешних заимствований и спекуляций.  В этой системе постсоветские экономики это несколько труб, тянущихся с Востока на Запад и несколько десятков миллионов человек, обеспечивающих добычу и транспортировку этих видов ресурсов для нужд западных экономик. Такая система функционирования экономик не нуждается в модернизации, скорее комплексная модернизация противоречит интересам её лидеров. Представители последней в настоящее время находятся в структурах власти и сама постановка вопроса модернизации, будет встречать скрытое сопротивление.     


Анализ модернизационных процессов в условиях постсоветского пространства позволяет выявить её модели.


Во-первых, инновационная модернизация, связанная с восстановлением научно-технологического потенциала СССР и массовыми инвестициями в развитие техники и технологий,  является самым трудноосуществимым процессом в современных условиях разрушения и целенаправленного разграбления советского научно-технического потенциала, ядро которого было создано в 30-е гг. ХХ в. Однако в случае её осуществления она будет иметь самый долгий положительный эффект из приведенных моделей.


Во-вторых, модернизация индустриального сектора, связанная с созданием конкурентоспособного производственного комплекса. Данный вариант модернизации требует как минимум двух составляющих: резкое увеличение инвестиций и сокращение производственных издержек, по крайней мере, сопоставимых с низкими издержками Юго-Восточной Азии. Однако данную проблему для Большого евразийского пространства комплексно раскрыл в своих работах А.Паршев. По его мнению, всё постсоветское пространство, за исключением узкой полосы территорий ЮБК и Черноморского побережья России, является неконкурентоспособным в плане производства и привлечения инвестиций, так как на нем преобладает холодный и суровый климат, что накладывает дополнительные производственные издержки, которые формируют такие экономические факторы, как дорогостоящие рабочая сила и капитальное строительство, дополнительные затраты на отопление производственных помещений и поддержание производственного цикла. При этом данный вариант модернизации является достаточно дорогостоящим. 


В-третьих, модернизация главным образом сырьевого и тесно связанного с ним энергетического сектора с формированием технологического и индустриального потенциала по остаточному принципу. Данный тип модернизации является наиболее комфортным для политической и экономической элиты стран СНГ. Однако в этом плане именно этот тип модернизации менее всего совместим с процессами реинтеграции постсоветского пространства. В случае реализации данного направления будет сохранено положение полупериферии и периферии в мировом экономическом разделении труда.     


 Процессы формирования новой системы международных отношений проходят в условиях доминирования ведущих держав западной цивилизации, которые на протяжении последних нескольких столетий успешно лишают статуса Больших пространств (имперского статуса) другие народы, способные составить конкуренцию в процессе  борьбы за ресурсы в самом широком понимании данного термина (от человеческих и информационных до углеводородных) и интегрируют их в свой мировой порядок, создаваемый ими исключительно под себя и своё цивилизационное видение, используя военные, экономические  информационные, культурные и элитные технологии периферизации своих конкурентов, что предполагает следующую производную – нельзя успешно конкурировать в геополитической плоскости, находясь на периферии или полупериферии своего конкурента в системе экономического разделения труда. Невозможно эффективно защищать собственные национальные интересы, основываясь на чужих принципах.

1 комментарий

avatar

Да, сколько бы ответов по вопросу интеграции постсоветского пространства ни было, три выделенные ее модели полностью учитывают все возможные вариации развития государств этой территории. Автор грамотно подошел к вопросу

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.