Ирхин А. Турция в новой архитектуре мирового порядка (часть 2)

  Анализ развития стран по этим четырем критериям «жесткой силы» позволяет сделать вывод о безусловном региональном лидерстве Турецкой Республики в регионе Ближнего и Среднего Востока. Наиболее близко стоящим государством по критериям мощи является Иран.   В то же самое время, если брать эти же критерии и переносить на внерегиональный масштаб, то Турция занимает,  по крайней мере, близкую позицию к группе стран лидеров БРИК. И по крайней, опережает Южную Африку по выделенным параметрам.Если оценивать ресурсы «мягкой силы», то Турция пытается себе вернуть статус лидера исламского суннитского мира, а возможно и статус «стержневой» и ключевой державы, который она занимала до 1923 года. В программе 61-го правительства Турции (2011 год), сформированного правящей Партией справедливости и развития отмечается следующим образом рост влияния Турции – «В период руководства партии АКР, благодаря быстрому росту экономики, научного и технологического потенциала, человеческого потенциала и дипломатических усилий Турция превратилась в легкую («мягкую силу») силу (очевидно в противовес «жесткой силе», используемой в международных отношениях Западом»), завоевывающую все больший авторитет.


Читать дальше →

Ирхин А. Турция в новой архитектуре мирового порядка (часть 1)

  Неизменной парадигмой внешнеполитической стратегии Турции последних нескольких столетий является использование ресурсов более сильного государства для продвижения своих национальных интересов. В данном контексте, Турецкая Республика на протяжении периода биполярного противостояния, стала южным форпостом в американской линии сдерживания, протянувшейся до Норвегии на севере Европы. Такая внешнеполитическая стратегия позволила государству достойно противостоять советским территориальным претензиям от 1946 года, получать военно-политические, экономические, технологические, финансовые и иного рода ресурсы от США и стержневых государств Западной Европы.     


Читать дальше →